Специфика проявления бюрократических отношений в воинских формированиях

Специфика бюрократических отношений в воинских формированиях.

Автор: Глухов Евгений Александрович, кандидат юридических наук,
полковник юстиции.

Бюрократии свойственно повышение активности по мере роста бесполезности

Как бы негативно мы не воспринимали слово «бюрократия», в любом современном обществе аппарат государственного управления, да и иные многочисленные структуры, где существует разделение труда, почти полностью построен на бюрократических началах. Бюрократические организации можно обнаружить в самых разных сферах жизни: в государственном аппарате и в политических партиях, в полиции, в медицинских и учебных учреждениях, на крупных промышленных предприятиях и международных корпорациях. Но наибольшее развитие бюрократия получила в условиях существования государственной административно – командной системы управления. Бюрократы в ней – это чиновники, которые имеют полномочия в подписании и приёме документов, издании властных актов, принятия юридически значимых решений в отношении всего населения или отдельных лиц.

Рациональная бюрократия согласно концепции М.Вебера обладает следующими основными характеристиками.

1). Четкое разделение труда, приводящее к появлению высококвалифицированных специалистов, что в свою очередь способствует экономичности, достижению поставленных целей с наименьшей затратой сил, средств и времени;

2). Иерархическая организация бюрократической структуры (в виде пирамиды с руководством наверху и различными уровнями подчинённых внизу) основана на твёрдо установленных принципах должностной субординации, подчинения младших своим старшим начальникам;

3). Юрисдикция должностных лиц четко зафиксирована нормативным образом, т.е. вся внутриорганизационная деятельность регламентирована правовыми актами многократного применения;

4). Независимость должностных обязанностей от исполняющих их лиц, иными словами – обезличенность выполнения обязанностей должностными лицами;

5). Главным критерием приема на работу, перемещения и увольнения сотрудника является его компетентность, профессиональный уровень.

Указанные принципы можно обнаружить и в современном построении государственной службы в нашей стране. Согласно ст. 4 Федерального закона «О системе государственной службы в Российской Федерации» федеральная государственная служба – это профессиональная служебная деятельность граждан по обеспечению исполнения полномочий Российской Федерации, а также полномочий федеральных государственных органов и лиц, замещающих государственные должности Российской Федерации .

Из приведённого законоположения следуют, как минимум, три вывода:

  • федеральная государственная служба осуществляется профессионально, компетентным лицом;
  • нанимателем федерального государственного служащего является Российская Федерация, а не отдельное министерство, подконтрольная ему организация или конкретный руководитель этой организации;
  • денежное содержание (довольствие) федеральный государственный служащий получает за счёт федерального бюджета, а не по милости и не за счет непосредственного руководителя или даже государственного ведомства.

Военная служба как один из видов федеральной государственной службы, строится на тех же приведенных выше принципах, однако имеет и свои, присущие только ей особенности. Ниже проанализируем эти особенности через призму бюрократических процедур и эффективности.

1. Военно-служебные отношения характеризуются повышенной степенью правового регулирования, формализацией и регламентированностью всех сторон деятельности их субъектов.

Права и обязанности воинских должностных лиц жестко регламентированы различными правовыми актами: воинскими уставами, а также руководствами, наставлениями, положениями, инструкциями или письменными приказами прямых начальников. Детальная регламентация касается не только прав и обязанностей, но практически «всего и вся» на военной службе.

Так, общевоинскими уставами ВС РФ определено, на какой высоте от пола вывешиваются таблички в помещениях, за сколько шагов до начальника выполняется воинское приветствие и на какую высоту поднимается нога при строевом шаге. Постановлением Правительства РФ определяется срок носки военного имущества , приказом Министра обороны определены правила ношения военной формы одежды , порядок представления и оформления различных рапортов, их согласования и приема и т.п.

Неурегулированные законодательством РФ вопросы определяются приказами и распоряжениями местных командиров (например, порядок выезда за пределы гарнизона, порядок купания в реках и озерах, порядок посещения военнослужащих, порядок пользования мобильными телефонами в служебное время, размер бирок на тетрадях военнослужащих и т.п.). Малейшее отступление от предписанных руководящими документами правил может караться дисциплинарно.

Кроме того, скованный жесткими требованиями Устава и инструкций, воинский начальник не рискует проявлять инициативу, даже разумную и для пользы дела, т.к. инициатива – это всегда отступление от Инструкции или действие, выходящее за рамки регламентации. Такие смелые действия могут быть субъективно расценены старшим начальником как правонарушение, что повлечет привлечение к ответственности инициатора, даже если такая инициатива была бы пользу делу.

2. Невыполнимый в полном объеме и на высоком уровне перечень обязанностей воинских должностных лиц.

Начнем с того, что в отличие от обычных работников трудовая функция военнослужащего не является результатом договоренности между ним и работодателем (командованием), она не оформляется письменно, не определена сторонами точно и однозначно. А формулировка контракта о прохождении военной службы в части обязанностей военнослужащего изложена неконкретно (военнослужащий обязан добросовестно исполнять все общие, должностные и специальные обязанности), что позволяет в любое время приказать военнослужащему исполнять некую новую обязанность.

Кроме того, поскольку исполнение приказа командира относится к общим обязанностям военнослужащего и обязательно для последнего, то отдача любого нового, увеличивающего количество обязанностей приказа – весьма простая и удобная форма изменение объема обязанностей военнослужащего.

То есть характер и объем обязанностей военнослужащего даже на одной и той же воинской должности может изменяться, даже безо всякого его согласия. Тем более изменяется характер и объем обязанностей при его переводе на другую воинскую должность, который тоже может быть осуществлен без согласия перемещаемого военнослужащего, например, по служебной необходимости или в порядке реализации дисциплинарного взыскания «снижение в воинской должности».

Вместе с тем, в современных реалиях обязанности многих воинских должностных лиц сформулированы таким образом, такими общими всеобъемлющими фразами, что выполнить их в полном объеме и на надлежащем уровне не представляется возможным даже самому старательному военнослужащему. Поясним, почему.

Во-первых, обязанности основных должностных лиц в Уставе внутренней службы ВС РФ традиционно устанавливались исходя из интересов максимальной боевой и мобилизационной готовности военной организации, полного обеспечения её всеми видами материальных средств и иных видов обеспечения, но без учёта имеющихся в распоряжении данного должностного лица сил и средств, необходимых для полноценного выполнения данных обязанностей.

Во-вторых, должностные обязанности воинских руководите-лей в правовых актах установлены на максимальном уровне, т.е. для идеальных обстоятельств, когда все сослуживцы и подчиненные должностного лица всегда в наличии и компетентны, также выполняют свои обязанности образцово, их не нужно подменять, выполнять что-то за них, финансирование поступает исправно и т.д.

В-третьих, сама формулировка многих обязанностей командиров такова, что изложена слишком общими терминами, что позволяет толковать сферу обязанностей военнослужащего весьма расширительно, не ограничиваясь военно-служебными отношениями и фактическими его возможностями. Например, фраза «Командир (начальник) отвечает за все стороны жизни и деятельности воинской части, подразделения и каждого военнослужащего» (ст. 33 УВС ВС РФ) означает, что за любое мельчайшее отклонение от некого идеала в функционировании воинского формирования повинен его командир.

Вместе с тем, обязанности воинских начальников не кодифицированы в одном нормативном правовом акте, а «разбросаны» по множеству различного уровня и степени полноты детализации руководящих документах, начиная от федеральных законов, заканчивая приказами непосредственного командира соединения. И объём этих обязанностей, как правило, только увеличивается с изданием нового правового акта или приказа. А в отличие от гражданского работника увеличение обязанностей не требует согласия военнослужащего, которому этот объём обязанностей увеличили.

Ну и, конечно же, увеличение обязанностей и интенсивности работы из-за возложения какой-либо дополнительной или нештатной обязанности не влечет соответствующего увеличения денежного довольствия такого военнослужащего, т.к. его должностное положение не изменилось, и для финансового органа нет оснований что-то менять в расчетах.

3. Иерархическое построение воинских формирований зиждется на жестких принципах единоначалия и обязательности приказа.

Единоначалие является одним из принципов взаимоотношений между военнослужащими. В соответствии со ст. 33 Устава внутренней службы ВС РФ командир (начальник) наделяется всей полнотой распорядительной власти по отношению к подчиненным и на него возлагается персональная ответственность перед государством за все стороны жизни и деятельности воинской части, подразделения. Командир как единоначальник вправе единолично принимать решения, отдавать соответствующие приказы. Право командира (начальника) отдавать приказ и обязанность подчиненного беспрекословно повиноваться являются основными принципами единоначалия.

Приказ командира (начальника) должен быть выполнен беспрекословно, точно и в срок. Даже устный и самый глупый приказ (если только он не явно преступный ), например, красить траву в зеленый цвет, обязателен для подчиненного, вне зависимости от времени получения им данного приказа. К исполнению приказа военнослужащий должен приступить в любое время су-ток, в выходные и праздничные дни. О выполнении приказа либо о его не-выполнении военнослужащий должен доложить лицу, отдавшему приказ, а невыполнение данной обязанности опять-таки грозит дисциплинарными санкциями.

Законодательство, вводя принцип беспрекословного исполнения приказа, предоставляет подчиненному лишь право уточнить приказ, а в случае несогласия – обжаловать, но только после его выполнения (ст. 43 УВС ВС РФ). Однако обжаловать многие приказы после их выполнения явно нецелесообразно, т.к. обжалуемые нежелательные действия военнослужащий уже выполнил, и теперь не ясно, что же требовать в просительной части жалобы.

Бессмысленно оспаривать и действия начальника, если к моменту рас-смотрения жалобы просьба станет уже не актуальной. В качестве примера можно привести ситуацию, когда командир отказывается подписывать рапорт подчиненного о болезни и освобождении его в связи с этим от служебных обязанностей. Сказанное означает, что подчиненный в больном состоянии вынужден находиться на службе. Пусть он подал жалобу. Но даже признание жалобы обоснованной через несколько дней не облегчит положение автора рапорта, т.к. к тому времени он уже выздоровел и необходимость освобождать его от служебных обязанностей уже отпала. А вот врага-командира такой жалобщик себе нажил.

Согласно ст. 7 Федерального закона «О статусе военнослужащих» военнослужащие не вправе даже обсуждать и критиковать приказы командира. Кроме того, на каждого военнослужащего возложена обязанность именно беспрекословно выполнять приказы командиров и начальников (ст. 16, 34, 37, 43 УВС ВС РФ).

4. Из принципа единоначалия вытекает и повышенная ответственность военнослужащих за правонарушения, в т.ч. за невыполнение любого приказа.

В юридической литературе такой подход объясняется тем, что особая государственная важность возложенных на Вооруженные Силы задач делает нетерпимым даже малейшие правонарушения или недобросовестное выполнение военнослужащими своих обязанностей.

Особенностью же военно-служебных отношений является то, что санкции применяются к военнослужащему не только за малейшее нарушение его весьма объемных должностных обязанностей, но и за нарушение общих и специальных обязанностей военнослужащего, за иные проступки, как связанные с военной службой, так и не связанные с прохождением военной службы. Военнослужащий может быть наказан за те деяния, за которые никогда не накажут гражданского сотрудника (например, за незнание наизусть определения азимута, недостаточно выглаженные брюки, за шевеление в строю, за невыполнение правил воинской вежливости и т.п.).

Сложившаяся судебная практика поддерживает командование и признает законным и случаи наказания военнослужащего за нарушение законов не при исполнении им обязанностей военной службы, например, за управление транспортным средством в состоянии опьянения в неслужебное время .

А поскольку круг обязанностей любого военнослужащего, и особенно командира воинского формирования, чрезвычайно широк и объемен, он отвечает не только за свои оплошности, но и за оплошности подчиненных (с формулировкой «отсутствие контроля или неудовлетворительная воспитательная работа»), то при желании и более бдительном наблюдении, наказать командира можно почти всегда. Причем выбор одного из видов наказания принадлежит также командиру, т.е. за мельчайшее нарушение к военнослужащему может быть применено строгое взыскание.

5. Отличие насаждаемых командованием правил поведения от правил, изложенных в правовых актах.

Причины и формы выражения указанного противоречия могут быть самые разные, но общее у них то, что они насаждаются сверху, и, как правило, из ложно понятых интересов службы.

Поясним на примерах.

а) Командир подразделения периодически должен выставлять оценки военнослужащим по изучаемым предметам боевой подготовки, оценивать их успеваемость. Оценки должны выставляться объективно, согласно жестких нормативов. Однако если обучаемые – военнослужащие своего же подразделения, то честное выставление им большого количества низких оценок повлечет понижение рейтинга подразделения в отчетах успеваемости, будет свидетельствовать о неудовлетворительном качестве работы самого проверяющего, который ранее и был обязан обучать нынешних проверяемых. По-этому широко практикуется завышение оценок обучаемым своего же под-разделения, зачастую по просьбе командования, безо всяких взяток .

Советуем:  Как стать собственником жилья, затратив при этом 1/4 от цены продиктованной рынком?

б) В подавляющем большинстве воинских частей в 18 часов происходит развод суточного наряда (ст. 280 УВС ВС РФ). В зависимости от числа лиц, заступающих в наряд (караул), и требовательности дежурного по воинской части развод длится 20-40 минут. Далее происходит собственно прием дежурства, который включает в себя ознакомление с обстановкой, прием документации, материальных средств, и самое главное – оружия (по номерам, поштучно и в комплектности). Если принимать оружие как положено, то допустим, 100 пистолетов нужно принимать больше часа, а бывают оружейные комнаты, где хранятся более 500 пистолетов, да и другое вооружение. То сколько же времени необходимо заступающему дежурному, чтобы все правильно принять? Несколько часов.

Но офицер не может позволить себе здесь поступать по Уставу, долго принимать оружие, т.к. его подгоняет внутренний алгоритм действий – принять дежурство нужно, к примеру, за 1 час. Ждет доклада о смене дежурных и командир воинской части (тоже за пределами своего служебного времени), который тоже заинтересован в быстрой смене. Естественно в описанных условиях получается полный разлад между требованием Устава и действительностью, санкционированный командованием. Но случись какая накладка, все старшие начальники, конечно же, отрекутся от своих предыдущих действий по одобрению отклонения от Устава, и виновным сделается лишь сам принимающий наряд дежурный.

И такое положение дел можно обнаружить во многих сферах служебной деятельности, где командиры начинают работать не по формальным инструкциям, а по своему опыту работы, сознавая при этом, что в любой момент они могут быть пойманы на нарушении и наказаны за него.

6. Зависимость от командования в вопросе реализации социальных гарантий.

Наделение статусом военнослужащего влечёт перевод многих вопросов реализации социальных прав из плоскости гражданских правоотношений в административные, которые могут быть решены только путём обращения к командованию и получения разрешения от него или согласования с ним.

В соответствии со ст. 21 УВС ВС РФ по служебным вопросам военно-служащий должен обращаться именно к своему непосредственному начальнику, а при необходимости и с разрешения непосредственного начальника – к старшему начальнику. По личным вопросам военнослужащий также должен обращаться к непосредственному начальнику, и только в случае особой необходимости – к старшему начальнику.

В качестве примера регулирования правоотношений с участием военно служащих административно-правовыми средствами по воле (или милости) командования можно привести правоотношения по реализации военнослужащим права на жилище, на свободу передвижения за пределами гарнизона, на отдых, на выбор места прохождения службы т.д.
То есть, если обычному работнику не нужно спрашивать разрешения командования для трудоустройства на вторую работу, на выезд к родственникам в другой город, на поездку в отпуске в Турцию, на вступление в политическую партию и т.п., то военнослужащий все указанные действия и многие другие запрещены (некоторые из них могут быть разрешены по решению старших начальников).

Процессуально это выглядит так. Любой рапорт военнослужащего относительно своего права на жилище, на получение различных выплат, на предоставление времени отдыха, на выезд в другой город и т.п. так и останется без движения (и соответственно, не реализованным), если на нем не будет стоять резолюция непосредственного начальника и иных прямых начальников. И не просто резолюция в виде подписи, а именно положительная резолюция: «ходатайствую о просьбе…» или «разрешаю».

Особенностью бюрократических отношений в любых структурах служит наличие односторонне зависимого положения человека от чиновника. Однако если в обычных условиях аппарат чиновников всё же ограничен рамками государственных учреждений, то в армии личину чиновника можно распространить на большинство лиц начальствующего состава. Соответственно, гораздо шире в военном ведомстве и система запретов, дозволений, контроля в отношении социальных прав военнослужащих.

То, что практически все отношения в армии строятся на отношениях зависимости и подчинения от командиров, военных чиновников подтверждает и судебная практика военных судов по рассмотрению практически всех дел по заявлениям военнослужащих по правилам Кодекса административного судопроизводства РФ (как дела, возникающие из публичных правоотношений, в которых между сторонами есть отношения зависимости). Военнослужащий не может заявить в суде иск о признании своего права на свободу передвижения или на выплату определенной суммы жилищной субсидии, толь-ко исковое заявление об оспаривании действий (бездействий) командования.

6А. Как частный случай зависимости от командования стоит отметить традицию привлечения военнослужащих к исполнению обязанностей в неслужебное время и без какой-либо компенсации.

Во-первых, в армии проходят службу и военнослужащие по призыву. Они находятся в весьма невольном положении, и служебное время для них – все сутки, за исключением времени сна. А учитывая обязательность приказа, то и ночное время – не помеха для их работы, для выполнения приказа. Причем труд указанной категории военнослужащих оплачивается чрезвычайно скромно и не зависит от объема их работы, что опять таки стимулирует командиров широко использовать труд военнослужащих по призыву.

Во-вторых, в советское время младшие офицеры, военнослужащие-сверхсрочники практически все свое время проводили с подчиненным личным составом, жили в казарме. Такое поведение приветствовалось командованием, таких военнослужащих стали в пример. В настоящее время законодательство установило для военнослужащих продолжительность еженедельного служебного времени равную с гражданскими работниками (ст. 219 УВС ВС РФ), т.е. 40 часов в неделю (ст. 91 Трудового кодекса РФ). Однако проведение как можно большего времени на службе по-прежнему одобряется командованием, является правилом хорошего тона уход подчиненного со службы позже своего командира.

В-третьих, как было указано выше, в служебное время очень трудно выполнить все предписываемые правовыми актами и устными приказами старших начальников обязанности. Значит, нужно постараться их исполнить хотя бы за пределами служебного времени. Кроме того армия славится авралами, незапланированными мероприятиями и делами, зачастую полученными на вечерних совещаниях, но с категорией «срочно», что также удаляет время ухода со службы.

Учитывая изложенное, смею утверждать, что среднестатистические офицеры проводят на службе гораздо более 40 часов в неделю. Об этом же не так давно сообщил и начальник Генерального штаба ВС РФ:

«Военнослужащие по указанию непосредственных начальников в вечернее время без необходимости находятся на рабочих местах до убытия руководителей управлений и департаментов. Общее время нахождения на службе (в сутки) достигает 12–15 часов. В армии есть порочная практика, когда начальники необоснованно вызывают на службу подчинённых в выходные и праздничные дни. При этом дополнительное время для отдыха за такую службу или выполнение обязанностей в сверхурочное время военным не предоставляется». В воинских частях есть практика проведения командным составом «отпусков при части», когда должностные лица, формально находясь на отдыхе, по требованию начальников продолжают исполнять служебные обязанности.

По закону им, конечно же, положено время отдыха «за переработку» или компенсация в денежном выражении, но заявить о таком праве – это означает выделиться из коллектива (остальные же работают и не жалуются, не требуют), бросить вызов командиру, что не принято делать на военной службе. Опять-таки, и командиры знают о таком менталитете подчиненных, поэтому и не стесняются их задерживать на службе. Для тех, кто не соглашается с таким положением дел, вводятся более пристальные меры контроля и санкции (за иные мельчайшие правонарушения).

7. Скрытые формы наказания.

Дисциплинарный Устав ВС РФ (ст. 54) содержит исчерпывающий перечень наказаний, которые могут применяться к военнослужащему:

  • выговор;
  • строгий выговор;
  • лишение очередного увольнения;
  • лишение нагрудного знака отличника;
  • предупреждение о неполном служебном соответствии;
  • снижение в воинской должности или снижение в воинском звании на одну ступень;
  • снижение в воинском звании на одну ступень со снижением в воинской должности;
  • досрочное увольнение с военной службы в связи с невыполнением условий контракта;
  • отчисление из военной образовательной организации или с военных сборов;
  • дисциплинарный арест.

Казалось бы, все просто: правонарушение влечет разбирательство, после которого нарушителя привлекают к дисциплинарной ответственности. Но когда нет явного правонарушения, а действия подчиненного начальнику все равно не нравятся (например, законное требование подчиненного предоставить ему положенную социальную льготу) или когда командир не настроен афишировать правонарушение подчиненного и оформлять его письменными документами, он может наказать подчиненного по-другому. В качестве мер наказания могут использоваться:

  • дополнительные занятия по строевой подготовке (лучше вечером, после окончания служебного времени);
  • постановка неугодного подчиненного в наряд на праздники, или в выходные дни, или очень часто;
  • предоставление части отпуска в неудобное время или в праздники (с 30 декабря по 14 января, когда вся страна и так отдыхает);
  • постановка подчиненному срочных задач, особенно в неслужебное время, увеличение интенсивности его работы и пристальный контроль за исполнительностью подчиненного;
  • не выдвижение его на вышестоящие должности или в академию и т.п.

Указанные формы воздействия не являются взысканиями, поэтому их очень затруднительно оспорить в суде.

8. Специфический выработанный годами менталитет военнослужащих, и особенно воинских начальников.

Большинство военнослужащих:

  • начали свою военную службу в раннем возрасте и не имеют опыта работы в невоенных организациях;
  • при исполнении служебных обязанностей взаимодействуют только внутри своего воинского коллектива и со старшими начальниками;
  • испытывают повышенные физические и эмоциональные нагрузки, исполняют обязанности в условиях ненормированного служебного времени;
  • зависят от командования не только по служебным, но и по ряду личных и социальных вопросов.

Указанные факторы позволяют выделить военнослужащих в отдельную и отчасти замкнутую социальную группу, со своим менталитетом и стилем общения. Отличительными качествами военнослужащих являются повышенная исполнительность и дисциплинированность. Эти качества тщательно культивируются с самого начала военной службы, особенно для будущих офицеров. Общими являются и главные стимулы для прохождения военной службы военнослужащими по контракту; большинство исследователей относят к ним получение (приобретение) жилья за счет государства, достойная пенсия в сравнительно раннем возрасте. Однако и пенсия, и право на получение постоянного жилья возникают у военнослужащего только после 20-летней выслуги, уволившись на месяц ранее указанного срока военнослужащий не получит ни жилья, ни пенсии.

Поэтому в отличие от своих гражданских коллег военнослужащие не только дисциплинированы, но гораздо больше привыкли терпеть и приспосабливаться как к трудностям военной службы, так и к самым разнообразным требованиям своих командиров. К такому поведению их стимулирует и страх наказания (а то и увольнения без пенсии и без квартиры) за довольно незначительную провинность.

Так, например, Верховный Суд РФ признал законным увольнение военнослужащей за три следующих дисциплинарных проступка:

  • за наличие при несении службы в наряде по КПП сотового телефона;
  • за отсутствие 31 декабря 2014 г. доклада о прибытии с лечения,
  • за грубое и некорректное обращение с начальником подразделения.

Вряд ли за указанные проступки был бы уволен сотрудник «гражданской организации», и тем более вряд ли, такое увольнение было бы признано судом законным.

Даже самое незначительное взыскание (выговор) влечет автоматическое уменьшение размера денежного довольствия военнослужащего .

В результате армия получает военнослужащих, чрезвычайно лояльных своим начальникам, желающим угодить и услужить, выстроить как можно более дружеские с ними отношения. Одновременно в армии растет число начальников, неуважительно относящихся к правам подчиненных и не боящихся нарушить их права в угоду ложно понятым интересам службы или корпоративным правилам поведения.

9. Избирательная компетентность руководителей и командный стиль комплектования руководящих должностей.

Лояльность старшему начальнику и страх наказания влияют на стиль управления. Естественно, что руководство, основанное на страхе наказания, существенно отличается от стиля управления, основанного на компетентности. В идеальной веберовской модели бюрократии карьера чиновника напрямую связана с его компетентностью: предполагается, что вышестоящий чиновник более компетентен, умен, сведущ, чем нижестоящий. Армейская действительность зачастую противоречит данной модели.

Советуем:  Важность юриста на предприятии

Листая военную прессу, просматривая новости, автор не раз обращал внимание на то, кого назначали на руководящие воинские должности. И при этом складывается впечатление, что многим воинским руководителям и не требуется профильного образования, опыта работы по специальности для управления новым для них направлением деятельности. Так, на должности начальников военных вузов обычно назначают офицеров с командных должностей, не имеющих опыта педагогической или научной деятельности. Смена военно-учетной специальности и рода войск командиров происходит без какого-либо переобучения, доподготовки и т.п. Даже должности высочайшего уровня в военных ведомствах комплектуются лицами, не проходившими военную службу или прошедшими военную службу очень давно (достаточно вспомнить «женский батальон Сердюкова» на руководящих должностях в Минобороны).

Нижестоящие начальники смотрят на вышестоящих и заводят такой же порядок комплектования должностей на своем уровне.

Лояльность подчиненных начальнику и зависимость их от него по многим вопросам приводит к возникновению неформальных отношений между ними. Старшему начальнику также удобно работать с таким подчинённым, который ни в коем случае не донесёт о промахах и просчетах своего руководства вышестоящему начальству или в правоохранительные органы, не станет перечить, не будет судиться с начальством даже в случае своей право-ты и иным образом «выносить сор из избы».

Поэтому руководители на местах формируют «свою команду», и при переводе к новому месту службы (обычно на повышение) стараются «перетянуть своих людей за собой».
По-видимому, считается, что «человеку команды» нет необходимости лично разрабатывать служебный документ, лично настраивать оборудование, готовить варианты управленческих решений; – для этих целей используется штат подчиненных (а они-то явно компетентны). Самому же назначенцу в этой модели отводится роль распределителя поступающих или имеющихся задач между подчиненными, проверки их исполнения, выбора одного из предложенных вариантов, решения (типичное военное «Утверждаю/Не утверждаю).
Старшие начальники зачастую осознанно продвигают наверх своего ставленника, не обладающего необходимыми навыками и знаниями. Это не только позволяет поставить «своего человека» на должность, но и завоевать его пожизненную благодарность, поскольку своей карьерой он будет обязан только старшим покровителям.

Каждый нижестоящий воинский начальник должен чувствовать, что он занимает место не по какому-то праву или своим заслугам, а по милости вышестоящего руководства, и если эта милость прекратится, он легко может быть заменен другим. На этом основывается известный сталинский тезис, охотно повторяемый и поныне: «У нас незаменимых людей нет». Этот принцип кадровой политики порождает у счастливых назначенцев не просто покорность воле начальства, но бурное стремление выслужиться, чтобы хоть таким путём стать нужным, заметным. При этом выслужиться – не значит хорошо работать, а значит хорошо делать то, чего желает назначающее и соответственно могущее сместить с поста начальство.

Неформальные отношения в связке «командир-начальник» и двойные стандарты относительно наказания «своих» и «чужих» за одинаковые проступки порождают безнаказанность первых и стремление оказаться также «в обойме» у вторых. А все вместе это провоцирует снижение профессиональной компетентности военнослужащего. Точнее, именно должностной компетентности, т.к. общекомандные навыки у любого офицера со стажем все равно имеются, но высочайшие навыки и знания относительно строевой подготовки вряд ли принципиально важны на должности заместителя начальника военного департамента или управления.

10. Затруднительность общественного контроля.

Происходящие в военной организации России процессы традиционно были более закрыты для широкой общественности, немалая часть документов военного ведомства имела закрытый характер или были недосягаемы для ознакомления широкой общественности. Вместе с тем, в Советской Армии существовал весьма жёсткий контроль со стороны парткомов и политотделов, которые при рассмотрении вопросов применяли не только нормы законодательства, но и нормы морали.

Система политорганов, партийных и комсомольских организаций худо ли, бедно ли, конечно, недостаточно эффективно, но тем не менее, защищала военнослужащих от произвола военачальников и командиров. Коммунистические парторганы могли противостоять командиру. Почему? Потому что у них была независимость от командира и своя власть. Поэтому по линии парторганов можно было сказать командиру «Это не по коммунистически, не справедливо, не честно». Причем такие претензии могли быть высказаны не в виде жалобы снизу, а «на равных», как коммунист коммунисту.
С роспуском КПСС, с ликвидацией политорганов и партийных организаций в армейской среде, какие бы то ни было государственные органы вообще перестали заниматься оценкой последствий реформирования военных организаций для их личного состава и социальной защитой самих военнослужащих.

Бесконтрольность развращает многих командиров и начальников. В условиях, когда командира некому осадить, его решения граничат с произволом. Причем такие решения не обязательно противоречат закону, они могут противоречить и принципам справедливости, равенства, правилам морали .

Намного более скрытна в военном ведомстве и информация о социальных правах личного состава. Так, например, практически недосягаемой для общественного контроля является информация о распределении жилья нуждающимся в нем военнослужащим, о проектах новых законов, касающихся их прав, о планировании бюджетных средств на социальные нужды и т.п.

Федеральный закон «О статусе военнослужащих» предоставляет военнослужащим право состоять в общественных объединениях, не преследующих политические цели, и участвовать в их деятельности, не находясь при исполнении обязанностей военной службы (п. 2 ст. 9). Однако эта норма практически не работает и длительное время остаётся декларативной ввиду бездействия законодателя и непринятия им федерального закона о профессиональных союзах военнослужащих.

11. Подмена главной цели деятельности второстепенной и не рациональное использование людских ресурсов.

Некомпетентный начальник для поддержания позитивной самооценки пытается создать видимость компетентности, подменяя результативную работу какой-либо другой, активной, внешне легко заметной деятельностью. Такие руководители стараются формализировать работу подчиненных, требуют от них точнейшего соблюдения правил и алгоритмов, даже вопреки объективной целесообразности. Но на самом деле указанные руководители делают акцент на форме, а не на содержании.

Что же является содержанием воинской деятельности?

Все виды воинской деятельности военнослужащего должны, прежде всего, способствовать поддержанию высокого уровня боевой готовности и боеспособности самого военнослужащего, а также воинского формирования, в котором он проходит военную службу. Исходя из этого, один из основных принципов организации боевой подготовки – учить войска тому, что необходимо на войне. Военнослужащий должен знать свое боевое предназначение в военное время, свои обязанности по должности, которую он будет занимать по штату военного времени, и уже в мирное время готовиться к их исполнению.
Однако армия в мирное время многие военнослужащие занимаются теми работами, которые совсем не связаны с их боевым предназначением, но весьма затратны по времени. Сюда можно отнести:

  • тщательную уборку территории с приданием всем сугробам воинской части прямоугольной формы, вычерпывание луж с плаца сразу после дождя, сбор всех опавших листьев и т.п.;
  • чистка овощей в столовой силами военнослужащих срочной службы;
  • проведение многочасовых построений совещаний, где руководитель выступает в роли одного актера, а остальные – в роли зрителей;
  • проведение занятий, лишь отдаленно и опосредственно связанных с боевым предназначением военнослужащего (например, по строевой подготовке), где не учитываются занимаемая должность, воинское звание, предназначения военнослужащего в военное время и т.п.

Огромная власть по широчайшему кругу вопросов, беспрекословность и строгое соблюдение Уставов и иных правил приводят, к тому, что руководители проникаются мыслью о непогрешимости этих правил. В свою очередь, такая позиция ведет к тому, что нормы и правила из средств достижения целей организации превращаются в самоцель.
Например, в статье 185 УВС ВС РФ сказано, что все здания, помещения и участки территории полка должны всегда содержаться в чистоте и порядке. Командир может ссылаться на указанное требование Устава и всю свою энергию нацелить на наведение идеального порядка в штабе, в казармах и на территории, и он будет прав. Но когда с военнослужащего жестко спрашивают за пыль на подоконнике и совсем не интересуются его умением планировать боевые операции или стрелять, он перестает заниматься главным делом (учиться тому, что необходимо на войне) и занимается устранением мелочных недостатков.

Подобная ситуация произошла, по мнению автора, с преувеличением значения физической подготовленности военнослужащих Вооруженных Сил, которым за положительную сдачу зачетов по физической подготовке выплачиваются солидные премии, и наоборот, при неудовлетворительной сдаче зачета сумма денежного довольствия значительно уменьшается. В результате физическая подготовленность личного состава ВС РФ действительно оказалась на высоте, но стимула заниматься повышением своих именно необходимых по боевому предназначению у военнослужащих не стало. Например, преподаватель военного вуза будет получать гораздо больше денежное довольствие, если он сдаст на высший балл физическую подготовку, чем если он подготовит и защитит диссертацию или получит классную квалификацию «мастер».

Следующий пласт подмены главного второстепенным – это преувеличенное значение бумажных бумаг, главным образом, планов и отчетов. «Сделал – запиши, а не сделал – два раза запиши», – говорится в известной армейской поговорке.

Оценка военнослужащего и воинского коллектива очень часто производится не по достигнутому результату, не по уровню профессионализма в должности, а по бумажным отчетам и планам. Поэтому огромную часть времени воинские должностные лица тратят на составление всевозможных планов и отчетов .

Как вы думаете, уважаемый читатель, что в первую очередь станет оценивать проверяющий, прибывший на занятие: умение преподавателя полно и доступно донести излагаемый материал или наличие и оформление конспекта? В большинстве случаев – второе.

Довольно часто должностные лица в своих отчетных документах искажают реальное состояние дел, пытаясь его приукрасить или умолчать о негативных явлениях. В результате наверх поступает недостоверная информация, на основании которой невозможно принять адекватное ситуации решение. Например, если командир сокрыл в докладе факт поломки военной техники, то не будут выделены денежные средства на ее ремонт. Если в погоне за хорошими показателями начальник выставил незаслуженно высокие оценки, то на дежурство заступят не подготовленные военнослужащие, будет сорвана боевая задача.
Главное назначение любой военной организации – постоянная готовность к отражению агрессии врага, вооруженная защита целостности и неприкосновенности территории, а также выполнение задач в соответствии с международными договорами. Значит именно по данным критериям и нужно оценивать функционирование данной организации, по критерию: готова или не готова она выполнить боевую задачу .

Аналогично нужно оценивать и руководителя любой военной организации – может ли он на своей должности выполнить поставленную задачу. Обратите внимание – именно должностное предназначение военнослужащего, именно его должностные обязанности (а не общие, специальные, внештатные и т.п.) в наибольшей степени влияют на эффективное выполнение воинским формированием своей боевой задачи. Следовательно, именно знания, умения и навыки по занимаемой должности, его умение руководить подчиненными и должны быть главным критерием оценки военнослужащего, а не порядок на закрепленной территории и красиво оформленные отчетные документы.

Вывод: Вооруженные Силы, как и иная иерархическая централизованная организация, подвержена трансформации в бюрократическую структуру. И ввиду того, что в мирное время никто кроме своих же руководителей не может оценить эффективность достижения целей воинского формирования, общественный контроль в этой области затруднен, такая трансформации происходит более скрытно, но от этого она не менее опасна. Ведь если военное управление станет бюрократичным, то эффективность деятельности всей военной организации понизится, и в результате государство не сможет обеспечить свою безопасность от внешних угроз.

Учитывая изложенное, государству уже в мирное время необходимо принимать меры для предотвращения бюрократизма в военной среде.